1949
В начале марта 1948 года в квартире Шостаковича раздался телефонный звонок – говорил Сталин. Разговор шел о поездке композитора в США в составе советской делегации на Всеамериканскую конференцию в защиту мира. Приказ Главреперткома вскоре был отменен. Выписку из этого приказа и Распоряжение Председателя Совета Министров СССР И.В. Сталина от 16 марта 1948 года о признании незаконным Приказа Главреперткома № 17 Шостакович хранил в конверте на рабочем столе среди самых важных документов.
20 марта Шостакович вылетел в США (через Берлин) в составе делегации деятелей советской науки и культуры. 20–22 марта он находился в Берлине, 23–29 марта — в Нью-Йорке, где участвовал в работе Конгресса деятелей науки и культуры в защиту мира.
15 ноября 1949 года в Большом зале Ленинградской филармонии состоялась премьера оратории «Песнь о лесах».
20 марта Шостакович вылетел в США (через Берлин) в составе делегации деятелей советской науки и культуры. 20–22 марта он находился в Берлине, 23–29 марта — в Нью-Йорке, где участвовал в работе Конгресса деятелей науки и культуры в защиту мира.
15 ноября 1949 года в Большом зале Ленинградской филармонии состоялась премьера оратории «Песнь о лесах».
Приказ о снятии запрета.
В Москве. 1 марта 1949 года. Фото В. Домбровского.
В СССР фильм стал лидером проката 1949 года — его посмотрели 24,2 миллиона зрителей. За этот фильм авторы сценария, режиссёр-постановщик Григорий Александров и исполнители главных ролей — дебютант Владлен Давыдов, Михаил Названов и Любовь Орлова, — были удостоены в 1950 году Сталинской премии первой степени.
Кинокартина «Встреча на Эльбе», снятая в 1948–1949 годах на киностудии «Мосфильм», открывает в творчестве Шостаковича период, когда композитор после постановления ЦК ВКП(б) об опере В. Мурадели «Великая дружба» принял участие в создании трёх пропагандистских кинофильмов: помимо «Встречи на Эльбе» режиссёра Григория Александрова, это были две киноленты Михаила Чиаурели — «Падение Берлина» (1950) и «Незабываемый 1919 год» (1952).
В рабочем кабинете квартиры на Можайском шоссе. 1 марта 1949 года. Фото В. Домбровского.
А.Фадеев, А.Опарин, Д.Шостакович, епископ Кентерберийский, д-р В.О.Степлдон Английский и А.Корнейчук в Waldorf Astoria Hotel. Нью-Йорк, 28 марта 1949 года.
С. Герасимов, А. Опарин, А. Фадеев, Д. Шостакович и А. Корнейчук у Бранденбургских ворот. Берлин, 21 марта 1949 года.
Шостакович выступает на слушательской конференции, посвящённой оратории «Песнь о лесах», в Большом зале Ленинградской филармонии. 16 ноября 1949 года.
На премьере «Песни о лесах» в ложе «Б» Большого зала Ленинградской филармонии: Дмитрий Шостакович, Исаак Гликман, Нина Шостакович и Ольга Мравинская.
Прибытие в Нью-Йорк. Фото Associated Press.
Выступление на конференции. Фото Associated Press.
Шостакович в Мэдисон Сквер Гарденс. Фото Associated Press.
Шостакович – член Советского комитета защиты мира.
В составе советской делегации посещает Нью-Йорк как гость.
Создание оратории «Песнь о лесах» (соч. 81) и Четвертого квартета (соч. 83).
Выход на экраны к/ф «Встреча на Эльбе». Соч. 80
В составе советской делегации посещает Нью-Йорк как гость.
Создание оратории «Песнь о лесах» (соч. 81) и Четвертого квартета (соч. 83).
Выход на экраны к/ф «Встреча на Эльбе». Соч. 80
“
22 января 1949
Я живу неважно. Много очень работаю, до утомления, до осточертения.
Я живу неважно. Много очень работаю, до утомления, до осточертения.
“
21 декабря 1949
Во время болезни я взял партитуру одного моего сочинения. Я просмотрел ее от начала до конца. Я был поражен достоинствами этого сочинения. Мне показалось, что сочинивши такое, я могу быть горд и спокоен. Я был потрясен тем, что это сочинение сочинил я.
Во время болезни я взял партитуру одного моего сочинения. Я просмотрел ее от начала до конца. Я был поражен достоинствами этого сочинения. Мне показалось, что сочинивши такое, я могу быть горд и спокоен. Я был потрясен тем, что это сочинение сочинил я.
“
5 марта 1949
(Секретно)
Комитет по делам искусств при Совете Министров СССР пересмотрел репертуар концертных организаций и снял с исполнения ряд произведений формалистического направления.
В числе запрещенных к исполнению и снятых с репертуара находятся следующие произведения Д. Д. Шостаковича:
Симфония № 6
Симфония № 8
Симфония № 9
Концерт для фортепиано с оркестром
Октет
Соната № 2 для фортепиано
Романсы на стихи английских поэтов
«Афоризмы» – цикл пьес для фортепиано.
Произведения эти были сняты приказом Главного управления по контролю за зрелищами и репертуаром от 14/II-1948 года.
Другие сочинения Д. Д. Шостаковича, как-то: 2 струнных квартета, 2 и 3 симфония, трио – не запрещены, а его лучшие произведения: фортепианный квинтет, 1-я, 5-я, 7-я симфонии, музыка к кинофильмам и песни исполняются в
концертах.
(Секретно)
Комитет по делам искусств при Совете Министров СССР пересмотрел репертуар концертных организаций и снял с исполнения ряд произведений формалистического направления.
В числе запрещенных к исполнению и снятых с репертуара находятся следующие произведения Д. Д. Шостаковича:
Симфония № 6
Симфония № 8
Симфония № 9
Концерт для фортепиано с оркестром
Октет
Соната № 2 для фортепиано
Романсы на стихи английских поэтов
«Афоризмы» – цикл пьес для фортепиано.
Произведения эти были сняты приказом Главного управления по контролю за зрелищами и репертуаром от 14/II-1948 года.
Другие сочинения Д. Д. Шостаковича, как-то: 2 струнных квартета, 2 и 3 симфония, трио – не запрещены, а его лучшие произведения: фортепианный квинтет, 1-я, 5-я, 7-я симфонии, музыка к кинофильмам и песни исполняются в
концертах.
“
12 марта 1949
(Совершенно секретно)
Направляю Вам перевод телеграммы, полученной из Нью-Йорка на имя Шостаковича.
(Совершенно секретно)
Направляю Вам перевод телеграммы, полученной из Нью-Йорка на имя Шостаковича.
“
Телеграмма:
Мы с радостью узнали о Вашем предстоящем приезде в США и приветствуем Вас, как одного из выдающихся композиторов мира. Музыка – это международный язык, и Ваш приезд послужит символом связи, которую она может установить между всеми народами...
Сэмуэль Барбер, Лехман Энджел, Гью Хэтчингс, Лоуренс Тиббетт, Леонард Бернстайн, Люкас Фосс, Серж Кусевицкий, Ренделл Томпсон, Ричард Бэрджин, Мортон Гоулд, Уорнер Лоусон, Поль Крестон, Рой Хэррис, Жан Карло Менотти, Олин Даунс, Владимир Горовиц, Дмитрий Митрополус, Юджин Орманди, Арти Шоу».
10 марта 1949 г.
(Секретно)
«В связи с предстоящей поездкой в США в составе советской делегации на конгресс «За мир» композитора Шостаковича Д.Д., т. Панюшкин запрашивает о возможности его выступления в концертах.
Тов. Шостакович считает возможным выступление в камерном концерте из его произведений, рекомендуя включить в программу концерта свой квинтет и трио, а также один из квартетов. Предложение т. Шостаковича о посылке в США квартета им. Бетховена не может быть принято в связи с наличием компрометирующих материалов на некоторых участников квартета.
В случае организации симфонических концертов из произведений Шостаковича с участием дирижеров Тосканини или Кусевицкого, было бы возможно включить в программу концертов 5-ю и 7-ю симфонии, сюиту из фильма «Молодая гвардия» и отдельные песни. Включение в программу 8-й и 9-й симфоний, осужденных советской общественностью, было бы нецелесообразным.
Тов. Шостакович просит также разрешить выехать с ним его жене – Шостакович Нине Васильевне. Шостакович Н. В. и ранее выезжала с мужем в заграничные командировки. В Москве остаются сын Шостаковича и его мать.
Прошу Ваших указаний.
Мы с радостью узнали о Вашем предстоящем приезде в США и приветствуем Вас, как одного из выдающихся композиторов мира. Музыка – это международный язык, и Ваш приезд послужит символом связи, которую она может установить между всеми народами...
Сэмуэль Барбер, Лехман Энджел, Гью Хэтчингс, Лоуренс Тиббетт, Леонард Бернстайн, Люкас Фосс, Серж Кусевицкий, Ренделл Томпсон, Ричард Бэрджин, Мортон Гоулд, Уорнер Лоусон, Поль Крестон, Рой Хэррис, Жан Карло Менотти, Олин Даунс, Владимир Горовиц, Дмитрий Митрополус, Юджин Орманди, Арти Шоу».
10 марта 1949 г.
(Секретно)
«В связи с предстоящей поездкой в США в составе советской делегации на конгресс «За мир» композитора Шостаковича Д.Д., т. Панюшкин запрашивает о возможности его выступления в концертах.
Тов. Шостакович считает возможным выступление в камерном концерте из его произведений, рекомендуя включить в программу концерта свой квинтет и трио, а также один из квартетов. Предложение т. Шостаковича о посылке в США квартета им. Бетховена не может быть принято в связи с наличием компрометирующих материалов на некоторых участников квартета.
В случае организации симфонических концертов из произведений Шостаковича с участием дирижеров Тосканини или Кусевицкого, было бы возможно включить в программу концертов 5-ю и 7-ю симфонии, сюиту из фильма «Молодая гвардия» и отдельные песни. Включение в программу 8-й и 9-й симфоний, осужденных советской общественностью, было бы нецелесообразным.
Тов. Шостакович просит также разрешить выехать с ним его жене – Шостакович Нине Васильевне. Шостакович Н. В. и ранее выезжала с мужем в заграничные командировки. В Москве остаются сын Шостаковича и его мать.
Прошу Ваших указаний.
“
17 апреля 1949
Жизнь моя течет благополучно. Вот только быстро проживаю заработанные деньги. А сейчас чувствую себя усталым и зарабатывается трудно. Мечтаю найти богатую поклонницу и вступить с ней в творческую связь, на манер "Чайковского и г-жи фон Мекк".
Жизнь моя течет благополучно. Вот только быстро проживаю заработанные деньги. А сейчас чувствую себя усталым и зарабатывается трудно. Мечтаю найти богатую поклонницу и вступить с ней в творческую связь, на манер "Чайковского и г-жи фон Мекк".
“
Ирина Шостакович,
вдова композитора:
– Какие у Дмитрия Дмитриевича были отношения со Сталиным?
– Мне трудно сказать, кто это знает! Что касается оперы «Леди Макбет», то у Дмитрия Дмитриевича было такое впечатление, что Сталину не музыка оперы не понравилась, а то, что там есть возмездие убийце, а так как он был в крови людей безвинных, то это было ему мало приятно. А когда прошло постановление об опере «Великая дружба» Мурадели, сочинения Дмитрия Дмитриевича были сняты с репертуара. И из Комитета по делам искусств был послан курьер, который вручил каждому музыканту извещение, какие именно сочинения запрещены к исполнению, и они расписывались в получении этого извещения. А вот когда Дмитрию Дмитриевичу предложили ехать в США и он отказался, то, действительно, Сталин звонил и настаивал, чтобы Дмитрий Дмитриевич поехал. А Дмитрий Дмитриевич сказал:
– Как я поеду, когда моя музыка здесь не исполняется, запрещена?
– Кем? – спросил Сталин.
– Главреперткомом.
И на следующий день появился уникальный документ – объявить Главреперткому выговор – и стало можно исполнять произведения Дмитрия Дмитриевича.
Дмитрий Дмитриевич отказывался от этой поездки, он сказал Сталину, что неважно себя чувствует, и его немедленно прикрепили к Кремлевской больнице.
вдова композитора:
– Какие у Дмитрия Дмитриевича были отношения со Сталиным?
– Мне трудно сказать, кто это знает! Что касается оперы «Леди Макбет», то у Дмитрия Дмитриевича было такое впечатление, что Сталину не музыка оперы не понравилась, а то, что там есть возмездие убийце, а так как он был в крови людей безвинных, то это было ему мало приятно. А когда прошло постановление об опере «Великая дружба» Мурадели, сочинения Дмитрия Дмитриевича были сняты с репертуара. И из Комитета по делам искусств был послан курьер, который вручил каждому музыканту извещение, какие именно сочинения запрещены к исполнению, и они расписывались в получении этого извещения. А вот когда Дмитрию Дмитриевичу предложили ехать в США и он отказался, то, действительно, Сталин звонил и настаивал, чтобы Дмитрий Дмитриевич поехал. А Дмитрий Дмитриевич сказал:
– Как я поеду, когда моя музыка здесь не исполняется, запрещена?
– Кем? – спросил Сталин.
– Главреперткомом.
И на следующий день появился уникальный документ – объявить Главреперткому выговор – и стало можно исполнять произведения Дмитрия Дмитриевича.
Дмитрий Дмитриевич отказывался от этой поездки, он сказал Сталину, что неважно себя чувствует, и его немедленно прикрепили к Кремлевской больнице.
“
Дмитрий Шостакович:
Это было в Нью-Йорке... Там в 1949 году был Американский конгресс в защиту мира. Туда была приглашена советская делегация, в том числе и я. Боюсь, что не очень хорошо помню подробности, но вот что я хорошо помню... Это был митинг американских сторонников мира, а я, не знаю почему, решил сыграть Скерцо из Пятой симфонии. Это происходило в большом зале, присутствовало много слушателей – американских сторонников мира... Выступали с речами... И наши делегаты, помню, выступали. Выступали представители Соединенных Штатов. Потом пришло в голову кому-то из американцев, что неплохо было бы, чтобы вот я, композитор Шостакович, сыграл что-нибудь из своих произведений. Я подумал и сыграл Скерцо из моей Пятой симфонии...
Это было в Нью-Йорке... Там в 1949 году был Американский конгресс в защиту мира. Туда была приглашена советская делегация, в том числе и я. Боюсь, что не очень хорошо помню подробности, но вот что я хорошо помню... Это был митинг американских сторонников мира, а я, не знаю почему, решил сыграть Скерцо из Пятой симфонии. Это происходило в большом зале, присутствовало много слушателей – американских сторонников мира... Выступали с речами... И наши делегаты, помню, выступали. Выступали представители Соединенных Штатов. Потом пришло в голову кому-то из американцев, что неплохо было бы, чтобы вот я, композитор Шостакович, сыграл что-нибудь из своих произведений. Я подумал и сыграл Скерцо из моей Пятой симфонии...
“
Сергей Герасимов
(режиссер):
Появление Д. Шостаковича в Америке, конечно, было сенсацией и вокруг него происходило нечто невообразимое. Будучи человеком застенчивым, очень не любя всякий шум и истерию, он всячески избегал подобных встреч, быстро садился в автомобиль, чтобы как можно скорее уехать. Я помню, как мы шли к автомобилям от аэровокзала, – рядом с ним бежал какой-то человек и кричал ему: «Шости, Шости, обернись на минуту, я тебя сниму, тебе ничего не стоит, мне – 50 долларов». Они успели назвать его «Шости».
Мы выступали в «Карнеги-холл», где собралось двадцать пять тысяч зрителей. <...> Получилось довольно решительное выступление советской делегации. Через три дня выполнявший обязанности государственного секретаря прислал нам всем персональные уведомления, что наше пребывание в Америке закончено и что нам надо отправиться домой в «благоразумный срок», как там было сказано.
А было уже назначено выступление Д. Шостаковича по ту сторону Гудзона – город Нью-Арк, столица штата Нью-Джерси. Там, в огромном зале, вмещающем тысячи слушателей, должен был состояться концерт. Концерт не состоялся. По этому поводу была сделана демонстрация собравшихся там любителей музыки, а зал был набит до отказа. На фортепиано, на место, где должен был сидеть Шостакович, направили множество прожекторов, фортепиано было открыто, все встали. Была долгая пауза – так американцы отдали честь великому композитору, которому их администрация не позволила выступить с концертом.
(режиссер):
Появление Д. Шостаковича в Америке, конечно, было сенсацией и вокруг него происходило нечто невообразимое. Будучи человеком застенчивым, очень не любя всякий шум и истерию, он всячески избегал подобных встреч, быстро садился в автомобиль, чтобы как можно скорее уехать. Я помню, как мы шли к автомобилям от аэровокзала, – рядом с ним бежал какой-то человек и кричал ему: «Шости, Шости, обернись на минуту, я тебя сниму, тебе ничего не стоит, мне – 50 долларов». Они успели назвать его «Шости».
Мы выступали в «Карнеги-холл», где собралось двадцать пять тысяч зрителей. <...> Получилось довольно решительное выступление советской делегации. Через три дня выполнявший обязанности государственного секретаря прислал нам всем персональные уведомления, что наше пребывание в Америке закончено и что нам надо отправиться домой в «благоразумный срок», как там было сказано.
А было уже назначено выступление Д. Шостаковича по ту сторону Гудзона – город Нью-Арк, столица штата Нью-Джерси. Там, в огромном зале, вмещающем тысячи слушателей, должен был состояться концерт. Концерт не состоялся. По этому поводу была сделана демонстрация собравшихся там любителей музыки, а зал был набит до отказа. На фортепиано, на место, где должен был сидеть Шостакович, направили множество прожекторов, фортепиано было открыто, все встали. Была долгая пауза – так американцы отдали честь великому композитору, которому их администрация не позволила выступить с концертом.
“
Дмитрий Шостакович
про типичных западных журналистов:
Каждый из таких наглецов хочет, чтоб я "смело" ответил на его дурацкие вопросы. И они очень обижаются, эти господа, когда слышат не то, что им хотелось бы. А почему я должен им отвечать? Кто они такие? Почему я должен ставить под удар свою жизнь? И это - для удовлетворения праздного любопытства человека, которому на меня наплевать? Он вчера обо мне ничего не слышал, а завтра забудет мое имя. Какое право он имеет на мою откровенность? На мое доверие? Я ничего о нем не знаю. И я ведь не пристаю к нему с вопросами, правда? Хотя он-то мог бы ответить на любой мой вопрос без всякого риска для своей персоны. Все это возмутительно и оскорбительно. Самое главное - такие оскорбления стали делом обыденным. И никто не задумывается, как все это нелепо. Обо мне судят на основе того, что я сказал или не сказал мистеру Смиту или Джонсу. Разве это не нелепость? Газетные статьи должны служить оценке их авторов. Пускай по ним судят о мистере Смите и Джонсе. А у меня есть музыка.
про типичных западных журналистов:
Каждый из таких наглецов хочет, чтоб я "смело" ответил на его дурацкие вопросы. И они очень обижаются, эти господа, когда слышат не то, что им хотелось бы. А почему я должен им отвечать? Кто они такие? Почему я должен ставить под удар свою жизнь? И это - для удовлетворения праздного любопытства человека, которому на меня наплевать? Он вчера обо мне ничего не слышал, а завтра забудет мое имя. Какое право он имеет на мою откровенность? На мое доверие? Я ничего о нем не знаю. И я ведь не пристаю к нему с вопросами, правда? Хотя он-то мог бы ответить на любой мой вопрос без всякого риска для своей персоны. Все это возмутительно и оскорбительно. Самое главное - такие оскорбления стали делом обыденным. И никто не задумывается, как все это нелепо. Обо мне судят на основе того, что я сказал или не сказал мистеру Смиту или Джонсу. Разве это не нелепость? Газетные статьи должны служить оценке их авторов. Пускай по ним судят о мистере Смите и Джонсе. А у меня есть музыка.
ОПУСЫ:
© 2025 Copyright Издательство "Дмитрий Шостакович" (DSCH)
АДРЕС
"Издательство Дмитрий Шостакович"
Россия, 119021, Москва
Олсуфьевский переулок, д. 8, стр. 5
Россия, 119021, Москва
Олсуфьевский переулок, д. 8, стр. 5
E-MAIL
"Издательство Дмитрий Шостакович"
Продажи: d.s.c.h@yandex.ru
Прокат: orderdsch@gmail.com
Продажи: d.s.c.h@yandex.ru
Прокат: orderdsch@gmail.com
ТЕЛЕФОНЫ
"Издательство Дмитрий Шостакович"
+ 7 (499) 255 32 65
+7 (499) 766 41 99
+ 7 (499) 255 32 65
+7 (499) 766 41 99